Главная  

Переселение вятичей на Русскую равнину (окончание)

II. Переселение вятичей – северные пути

Каким образом попали вятичи из Польского Поморья на Русскую равнину? Их маршрут можно отследить по топонимам. Существует несколько важных названий водных объектов (рек, озер), которые располагаются в наиболее важных узлах этого пути. Это гидронимы типа «Дзивна» (Двина). Это гидронимы типа «Пена». Это гидронимы, в которых есть указания на этноним «вятичи», например, название реки «Вятка».
Считается, что название «Вятка» не имеет отношения к вятичам. Мы докажем, что имеет.
Германское племя франков «подарило» свое имя древней Галлии. Славяне-вятичи тоже были не скупы на такие подарки. Их родовое имя прослеживается в старинных названиях финских народов на севере Русской равнины – вожан и вотяков.
Докажем мы и то, что название реки Волга тоже славянское.


Хочу напомнить, что сейчас мы будем говорить о переселении на восток именно вятичей, а не антов или склавинов. О них будем говорить в другое время. Существует несколько версий касательно того, каким путем двигались вятичи на территории своего известного из летописей ареала расселения. Мы не разделяем мнения о том, что вятичи двигались из Польши сухим путем.

Если вятичи-венеты, как мы уже доказали, пришли на земли России из балтийского Поморья, это их движение непременно должно было происходить вдоль морских берегов, потом по Западной Двине и по Неве. Самые удобные пути миграции в древности были водными. Вместительная ладья позволяла силами одного-двух мужчин довольно быстро перемещать не только детей и женщин, но и большой запас вещей и продовольствия. Водный путь позволял также избегать столкновений с враждебными племенами, чьи владения пришлось бы пересекать путникам по суше. Моря и реки были надежным источником пополнения продовольствия в виде рыбы, моллюсков, раков, водяных птиц, а, в крайнем случае, даже корней камыша. На море легкой добычей первобытных охотников становились тюлени на лежбищах. У речных водопоев можно было более-менее легко добыть и крупного лесного зверя. К тому же вятичи были морским народом. Им было бы просто неприлично идти посуху.

Первым топонимическим знаком вятичей на пути в Россию следует признать гидроним «Западная Двина». Но это для нас она западная, а для вятичей, которые шли с запада, то была просто Двина. Гидроним полностью аналогичен названию протоки Дзивна в дельте Одры. И дело не только в фонетическом совпадении. В статье «Вольки-тектосаги – древний союз славян и литвы» мы уже устанавливали, что латышское название Западной Двины – Даугава – означает «Плодоносная» от латышского daugintis (плодиться). Но Жива-Дзевана как раз и была богиней плодородия. Так что вятичи ничуть не погрешили против богини Даугавы, а только признали ее ипостасью собственной племенной богини-покровительницы.

Впрочем, все могло случиться и другим порядком. Допустим, ни латышей, ни славян еще не было на берегах этой большой реки. Тогда здесь жили финские племена (больше некому). По обычаю многих народов они, верно, называли свою реку просто «Вода» (Большая вода). Однако «Вода» или «Волога» тоже было одним из имен или эпитетов водной богини Дзеваны. Кстати, на эстонском языке valga означает «белый». А «Волога», «Белая», то есть «Сива», - эпитеты Дзеваны.

По нашему мнению, уже во II-III в. н.э. на Западной Двине обитало сразу несколько разных этносов. При сравнении современных координат устья Двины (57 град. сев. широты и 24 град. зап. долготы по Гривичу) с координатами К. Птолемея, нельзя не прийти к выводу, что Двину можно отождествить лишь с рекой Рувон (53 град. вост. долготы и 57 град. сев. широты по Птолемею). Оставляя в покое указанную с большой, как обычно, ошибкой долготу, можно уверенно сказать, что на юго-восточном побережье Балтики под 57 градусом широты есть только одна большая река – Западная Двина.

Рувон имел целую гамму названий - Рудон, Бубон, Рубон, Судон. Множественность названий реки в данном случае указывает на разнообразие этносов, живших на ее берегах. Более других понятно лишь название Судон, которое можно отнести к литовскому племени судавов-ятвягов. Но они в ту далекую пору жили, скорее в верховьях реки. На это, видимо, указывает и положение связанного с их именем названия реки в самом конце перечня Птолемея. Большая часть вариантов названия, очевидно, имеет финское происхождение от слова rouva (госпожа, хозяйка) – «Рувон» и «Рубон». Очевидно, финские названия реки благосклонно воспринимались и скифо-сарматскими племенами, которые на правах сюзеренитета номинально владели и этой территорией. На скифо-афганском языке «рван» означало «текущий» или «проходящий». Западная Двина была большой дорогой внутрь Сарматии.

Вариант «Рудон» может указывать на присутствие славян. Тогда его следует толковать как «Рудень» или «Родень». С учетом того, что река впоследствии и у славян и у латышей имела название женского рода со смыслом «Плодоносная», вариант «Родень» тоже следует воспринимать в женском роде как «Рожающая» (Роженица). С этой же точки зрения, очевидно, следует толковать и последний вариант гидронима «Бубон» как «Баба» (женщина). Подтверждение нашей гипотезе можно найти в названии озера Бабите, примыкающего к устью Даугавы.

Что же касается латышей, то они могли прийти к Двине-Даугаве позже вятичей. Еще и в XIII веке в Латвии проживало значительное славянское меньшинство. И это, скорее всего, были вятичи, так как их князь (возможно, он был пришлым из Руси) принял на себя имя Вячко [ru.wikipedia.org›Вячко] – так поступали многие короли-иноземцы для ублажения своих новоприобретенных подданных.

Ну и топонимов, указывающих на вятичей и вообще славян в Латвии более чем достаточно. Причем среди них есть и гидронимы, например, река Вента, на которой стоит город Вентспилс. Целый ряд рек в Латвии имеют в своем названии корень «свет»: Светупе, Свете, Светене. В балтских языках подобное по значению слово звучит как šviesa (швеса - свет). Фонетически это несколько отдаленное сходство, к тому же это не латышское (в латышском такого нет), а литовское слово. Следовательно, эти названия рек были изначально славянскими. И связаны они опять же с эпитетами повелительницы вод Живы-Сивы. Кстати, на Смоленщине в Холм-Жирковском районе тоже протекает река Света.

По нашему мнению, латыши пришли к своей Даугаве с юга от реки Неман-Хрон. Они обитали там во времена Птолемея под именем «осени» - от латышского слова asinis (кровь, родня). Это было малое племя, чуть выделившееся в числе прочих литовских племен. Их и сейчас не слишком много.

url="/uploads/images/default/vyatichi.jpg"]

[/url]

Верхнее течение Западной Двины проходит через Смоленскую область. Это уже признанная наукой область российских вятичей. Рядом находится город Витебск, название которого явно можно связать с этнонимом «вятичи». Здесь они, очевидно, останавливались для подготовки к дальнейшей части своего путешествия.

Сам город был основан при княгине Ольге. Однако основой названия послужил гидроним «речка Витьба» [ru.wikipedia.org›wiki/История_Витебска]. А гидронимы обычно древнее названий городов. Витебск считается землей кривичей, но кривичи могли занять это место и после ухода вятичей. Куда пошли вятичи после Витебска?

Здесь место обратить внимание на следующую странность. Как уже говорилось, летописи, а затем и изыскания археологов указывают, что земля вятичей совпадает с территориями Белгородской, Брянской, Курской, Воронежской, Липецкой, Калужской, Тульской, Смоленской, Московской и Рязанской областей. Однако почему на этих землях так мало топонимов, непосредственно связанных с этнонимом «вятичи»? И практически нет соответствующих гидронимов?

Между тем, более северные территории полны топонимов, которые можно счесть принадлежавшими вятичам. Однако на этих территориях археологи находят исключительно следы древних финнов. Я, однако, всегда с осторожностью отношусь к доказательствам, добытым путем раскопок. Черепки и даже золотые украшения не умеют говорить, а предметы могут переходить из рук в руки и попадать очень далеко от мест своего создания. Ведь археологи на том основании, что нашли в Скандинавии деньги с арабской вязью, не считают Швецию или Норвегию прародиной семитских народов?

Смена культурных археологических пластов не обязательно является следствием смены этнического состава населения. А иногда и изменения в языке, видимо, происходят без существенного изменения культурных слоев. Например, исчезновение этрусского языка в Италии вряд ли могло быть замечено археологами, поскольку культура римлян в значительной мере унаследовала культуру этрусков. Но может быть и наоборот. Приход небольшого числа новых поселенцев не приводит к заметному для археологов изменению культурного инвентаря на раскопах, потому что пришельцы принимают, в основном, образ жизни хозяев территории.

К тому же многое зависит от датировки прихода новых поселенцев. Считается, что вятичи пришли в Россию по историческим меркам сравнительно недавно – лет за четыреста до последнего упоминания о них в летописи за 1187 год. Кстати, это неплохо объясняет отсутствие вятических гидронимов. Но ведь могло быть так, что первые вятичи пришли на север России намного раньше, чем на те земли, которые «закрепили» за ними летописи и археология? И в то далекое время культура вятичей была иной, чем сотни лет спустя. Скорее всего, она тогда была гораздо ближе к культуре финских народов, чем культура поздних вятичей, последняя волна которых действительно могла прийти из Поморья в VI-VII веках нашей эры.

На наш взгляд, первые группы вятичей, которые устремились на поиски новых земель, были отнюдь не земледельцы, как поздние вятичи. Это были ватаги охотников, которые искали новых обширных охотничьих угодий. Возможно, их целью была ценная пушнина, которой уже не доставало на западе Европы для всех желающих быть тепло и пышно одетыми холодной зимой.

Ватаги состояли из одних молодых и сильных мужчин. Вятические женщины оставались пока дома. Это не шло во вред демографии племени, потому что у славян в то время, как в свое время и у многих других народов бытовало многоженство. Думается, многие холостяки, оставшись без женщин у себя на родине, шли на восток искать себе жен среди финских племен.

И они, безусловно, находили их, пусть даже иногда ценой жизни прежних мужей этих женщин.
Но в целом взаимоотношения вятичей-трапперов с финнами были, вероятно, чаще дружественными, чем враждебными. Об этом можно судить по более поздним отношениям славян и финнов на севере Руси. ПВЛ пишет, что в призвании варягов (оставим пока в стороне вопрос, кем были варяги) наравне с двумя славянскими племенами (новгородские словене и кривичи) участвовали также и два финских племени (чудь и меря) [ru.wikipedia.org›Призвание варягов]. Это говорит о тесном межплеменном союзе, который не хотелось разрушать из-за мелких дрязг, вызванных отсутствием верховной, общей для всех княжеской власти.

Осевшие среди финнов вятичи, конечно, оказывали влияние на развитие финских племен, которые по словам Тацита во II - III веках нашей эры находились уж в совершенно первобытном состоянии [Тацит. Германия. 46]. Однако это влияние не было настолько сильным, чтобы дать археологам право утверждать, что произошла смена этноса. Напротив, мы полагаем, что внеся свою лепту в развитие языка и культуры финнов, первые вятичи или их наполовину финские потомки полностью слились с принявшими их в свою среду финскими родами.

О том, что такое влияние имело место, и было очень сильным, свидетельствуют сами нынешние финские языки, а следом за ними также самые компетентные и беспристрастные финские историки и лингвисты. Изучение большого словаря финнов-суоми - народа, гораздо менее контактировавшего со славянами в сравнении с прочими финскими племенами, показывает большое количество важных славянских заимствований. Это признается в Финляндии официально [смотри сайт МИД Финляндии http://www.virtual.finland.fi/ и finnish.ru›Финский язык›Финский язык для начинающих›lainasanat.]. Можно назвать весьма древние заимствования, дающие определения важным предметам древней культуры. Например, «серп» (sirppi), «орало» (aura – плуг), «товарищ» (toveri), «окно» (ikkuna), «ладить» (laatia), «ложка» (lusikka), «старина» (tarina), «вести» (viesti), «водить» (vieda), «парус» (purje). От этнонима vene (русских) мог получить свое финское название такой важный для финнов предмет, как лодка (vene, veno, venha). Даже имя главного культурного героя древнефинского эпоса «Калевала» – Вайнемяйнен – можно переводить как «Подобный вендам (вене)», то есть вятичам.

Еще больше подобных включений в языках тех финских народов, которые жили в еще более тесном контакте со славянами, в том числе и в языке вепсов. Кстати, второе имя вепсов – lüdinikad. Очень уж похоже на русское «люди» [ru.wikipedia.org›Вепсы и ru.wikipedia.org›wiki/Вепсский_язык].

Но вятичи подарили финнам не только новые слова их нового обихода. Иноязычные названия имели многие финно-угорские народы.

Считается, что такие названия как «мордва» и «удмурты» имеют в своей основе скифо-иранское «морт» (человек) [ru.wikipedia.org›wiki/Мордва]. Отнюдь не финскими являются общепринятые в мире названия эстонцев и финнов. Вполне обоснованно можно сделать предположение, что и этноним «весь» не является исконно финским самоназванием.

Проверка по уровням этимологии этнонима «весь» из Большого словаря финского языка дала нам результаты неудовлетворительные. Более всего, подходит к этнониму этимология на уровне среды обитания – vesi, vetti, veden (вода). Но эти слова не являются исключительно финскими. Подобные лексемы характерны также для индоевропейцев - германцев, славян и балтов. То есть это древнейшее слово имеет всеобщее ностратическое происхождение [ru.wikipedia.org›Ностратические языки]. Так что мы не можем с уверенностью сказать, что «весь» это именно финский этноним. Более того, есть довольно обоснованные доводы против того, что финны сами себя называли «водные». Языковые исследования показали, что практически все названия предметов речного и морского промыслов у финнов иноязычного происхождения. Сами финские исследователи считают, что большая часть слов, связанных с морем, перешла в финский язык из литовского и германского языков (добавим от себя также «и славянского») [finnish.ru›Финский язык›Финский язык для начинающих›lainasanat. и ru.wikipedia.org›wiki/Вепсский_язык].

Из германского языка перешли в финский еще два слова, которые можно было бы использовать для этимологии этнонима «весь» - visas (умный) от германского wissen (знать) и Visenti (зубр) от Wisent (бизон). Возможно, чисто финским термином вида оружия является vesuri (резак). Он тоже годился бы для образования этнонима, если бы не было известно из Тацита об исключительном миролюбии первобытных финнов. А финское vesa (потомок, отросток), безусловно, взято из славянских языков.

Здесь мы подошли к обоснованию версии о славянском происхождении этнонима «весь». Имеется два славянских значения этого слова: «весь» (целый) и «весь» (селение). Однако оба они изначально завязаны на понятия типа «род», «рост» и так далее. Приведем цитаты из Фасмера.
Для первого значения: «Происходит от праслав. формы, от которой в числе прочего произошли: др.-русск. вьсь, вься, вьсе (только один раз вин. п. ед. ч. ж. вьху; см. Хутынск. грам. XII в.), ст.-слав. вьсь, вьсІА, вьсе (греч. πᾶς, ὅλος), русск. весь, всё, вся, укр. уве́сь, усе́, уся́, блр. уве́сь, болг. се «всё (время)», сербохорв. са̏в, сва̏, све̏, словенск. vès, др.-чешск. veš, ж. všě, ср. р. vše, др.-польск. wszy, wsza, wsze. Фонетически возможно только праслав. vьxъ, *vьxa, *vьxo. Старая основа на -о засвидетельствована наличием ѣ в ст.-слав., др.-русск. вьсѣмъ, вьсѣми, вьсѣхъ (не -и-!). Родственно лит. vìsas, латышск. viss «весь, целый», др.-прусск. wissa- «весь», далее, др.-инд. víc̨vas «каждый, весь, целый», авест., др.-перс. vīspa-. Миккола считает возможным происхождение слав. vьsь и лит. vìsas «весь» от основы со знач. «размножать, выводить»; ср.: лит. veĩsti «выводить», veislė̃ «выводок, род»; ср. еще аналогичное нем. all «весь»: готск. alan «растить», а также лат. totus «весь»: индоевр. *teu- «увеличиваться»,
Для второго значения: «Происходит от др.-русск., ст.-слав. вьсь (греч. κώμη, χωρίον). Ср.: словенск. vàs, чешск. ves, словацк. ves, польск. wieś, в.-луж. wjes, н.-луж. wjas. Родственно латышск. vìesis «пришелец, чужеземец», лит. viẽšpat(i)s «господь», viẽškelis «(большая) дорога», vienvišỹs «одинокий, бобыль», váišinti «потчевать, угощать», др.-прусск. waispattin, вин. п. ед. ч. «хозяйку», др.-инд. vic̨- ж. «селение», авест. vīs-, др.-перс. viʮ- «дом», греч. οἶκος — то же, οἴκαδε (старый вин. п. ед. ч.), лат. vīcus «селение», готск. weihs «деревня», алб. vis «место, местность».

От себя добавим, что понятию «отросток» вполне соответствует слово «вица», что близко к финскому vesa. Есть также славянские термины wujka, wujek, вуйчо (брат, дядя, родич), которые также близки к словам «весь» и vesa. Но эти же слова являются этимологией этнонима «вятичи» на родовом уровне. Так что мы уверены, что этноним «весь» возник вследствие проникновения вятичей на территории финских племен к востоку от Балтики, точно так же, как этнонимы «финны» и «эстонцы» возникли как результат проникновения на территории этих племен германцев-скандинавов.

И есть еще более «славянский» этноним финских племен севера России. Это вожане (водь). Но для объективности отметим, что этноним «чудь», скорее всего, имеет литовское происхождение от taut (народ). Чудью русские называли эстонцев. Так что у этого народа есть целых три имени: литовско-русское, германское и свое собственное - maarahvas (народ земли), которое практически забыто.

Итак, мы выяснили, что первые вятичи-переселенцы осваивали север будущей России. Продолжим отслеживать их продвижение по топонимам.

В истоках Западной Двины расположено озеро Охват. Оно сильно вытянуто и вовсе не имеет формы подковы, на которую будто бы намекает название. Мы полагаем, что оно было связано с этнонимом «вятичи». В польском языке имеется слово loch (яма), которое иногда употребляется как синоним слова «озеро». В русском языке слову «лох» сегодня соответствует слово «лог». По-видимому, когда около Охвата обитали вятичи, озеро называлось «Лох Ват» или «Лох вятч». Вполне-таки по-кельтски.

В окрестностях Охвата имелись волоки с Западной Двины на Волгу, о чем свидетельствуют местные топонимы Волок, Наволочь, река Волокова. Самый короткий волок, очевидно, вел от озера Охват по речке Двинег на речку Пайницу в озеро Пено (из которого вытекает Волга). Гидроним «Пено» явно связан с названием пролива-озера Пено в устье Одры.

Но что же получается? Название реки Волга тоже славянское!!! Ведь мы же до этого установили, что Волога и Пено это два эпитета богини Сивы и одновременно два славянских названия одного и того же гидрообъекта, называемого ныне проливом Пенештром.

Волга ниже озера Пено – это удобная дорога вглубь Российской равнины. Безусловно, вятичи, шедшие с Балтики, должны были, в первую очередь, двинуться по ней. И лишь дойдя до Оки, они могли свернуть по ней на юго-запад и юг, в свои признанные историками владения на территории России. Но они, конечно, двигались туда с длительными остановками. И эти остановки не могли не оставить топонимических следов. Уже рядом с Пено на Селигере краевед В.Ф. Иванов отыскал три некогда существовавших там топонима. Это село Вятка, которое ныне слилось с деревней Сосница, села Вятцы и Вясцы ["Топонимический словарь Селигерского края", ostashkov.codis.ru/ivadict.htm].

Из более крупных топонимов расположенных вдоль течения Волги можно было бы указать на название городов Старая и Новая Вичуга (Ивановская область); названия рек Пьяна (еще одно Пено), Вятка и Ветлуга. И это пока не сильно расходится указаниями летописей. В «Повести временных лет» очень конкретно говорится, что великий киевский князь Святослав Игоревич встретил вятичей не только на Оке, но и на Волге [ПВЛ, запись за год 964 н.э.].

Порядок, в котором в ПВЛ перечислены реки, на которых князь встретил вятичей, наталкивает на мысль, что Святослав выходил к Волге вдоль течения Оки. Это граница современных Владимирской и Нижегородской областей. Их, видимо, следует также отнести к землям вятичей. Но почему-то многие профессиональные историки и лингвисты вопреки ПВЛ отрицают возможность обитания вятичей в регионах севернее Мурома и Москвы или, уж на крайний случай, - севернее Волги (смотрите словарь Фасмера по статье «Вятка»). Фасмер и другие лингвисты выводят название Вятки от второго названия удмуртов – «вотяки».

Вотяками называли удмуртов славяне. Вот еще одно хорошее косвенное доказательство славянской этимологии этнонимов «весь» и «водь». Сами себя вотяки назвали и называют удмуртами. «Морт» по-удмуртски – «мужчина (человек). Похожим образом себя называют мордва и мари, два других финских народа севера России. Но что означает префикс «уд» в слове «удмурт»? Со всем основанием можно предположить, что «уд» это слегка искаженное произношение слова «водь». Так что, видимо, оба названия удмуртов имеют отношение к вятичам.

Очень доказательно опровергает версию о непричастности вятичей к Вятке блогер Евгений Харин. Рекомендую его статью «Вятичи = Вятчане» [www.nabludatel.ru/new/2013/03/01/vyatichi-vyatchane/‎]

Как далеко могли заходить ватаги вятичей из балтийского Поморья на территорию современной России? Возможно, хотя это и спорно, вятичи-вентичи на востоке заходили даже за Уральский хребет. Результатом их походов, по нашему мнению, было появление народности ханты, которая отличается от соседней финно-угорской народности манси только именем, а язык у них практически один и тот же. Разница между хантами и манси существует только на кровно-родовом уровне, что как раз и можно объяснить древним смешением части манси с пришельцами венетами-антами.

На севере вятичи, безусловно, достигли течения, а потом и устья Северной Двины. О том совершенно точно свидетельствует еще одна пара гидронимов «Северная Двина» (Дзивна) и Пинега. Эта северная Пено является значительным притоком Северной Двины близ ее устья.

Весьма показательно, что и территория, которую орошают эти реки, называется Поморьем, и море, в которое они впадают, такое же «Белое» как Балтика. Правда, мы выше писали, что славянское имя Балтики – «Вендское море» или, может быть, Сивое (Синее) море - скорее, передает понятие о сером. Но так его, видимо, называли не все поморские славяне. Кашубы, жившие возле Поморского мыса, имели еще одно название – «быляки» или «беляки» [ru.wikipedia.org›wiki/Быляки]. Возможно, часть славян называли Балтийское море - «Белть», откуда появились названия двух проливов в Датском архипелаге - Малый и Большой Бельт, а также Фемарн-Бельт. (Известно, что славяне-ободриты жили на полуострове Ютландия и на датском острове Фемарн).

Ответив на вопрос «где?» попробуем ответить на вопрос «когда?». Если этноним «весь», как теперь мы уверены, на самом деле, имеет славянское происхождение, то первые вятичи-славяне появились на территории Русского Севера еще в начале IV века н.э., а скорее, хотя бы на пару столетий ранее. И вот почему.

Готский историк Иордан в своей «Гетике» упоминает народ Vasinabroncas среди племен, покоренных готским королем Эрманарихом [ru.wikipedia.org›wiki/Германарих]. Этноним Vasinabroncas мы можем разделить на две части: «вас» (весь) и «инобронцас». Последнее можно толковать как «иновранцы», то есть «иноязычные» от слова «врать» (говорить). «Врать» не всегда имело негативное значение, так как от него образовано такое почтенное слово как «врач». Слово «враши» (говорить) есть в пушту-афганском языке, который был близок языку скифов и сарматов. Несомненно, в языках славян было много скифских заимствований. «Иновранцами» вятичи могли называть народ весь (вепсы), который, несмотря на кровное родство с ними, усвоение многих славянских слов и даже этнонима аналогичного этнониму "вятичи", все-таки в целом так и остался до сего дня финно-язычным.

Таким образом, можно считать доказанным, что на севере России вятичи появились намного раньше, чем на своих признанных наукой территориях. В более поздние времена, когда основой их хозяйства стало земледелие, вятичей потянуло на юг, где лучше вызревали хлеба.

 (Голосов: 0)

 Добавление комментария:
Имя:
Пароль: (если зарегистрирован)
Email: (обязательно!)
captcha

теги форматирования

добавить смайлы
 
 Об авторе
Этот сайт предназначен для тех, кто увлекается загадками истории и в первую очередь истории славян, а также для тех, кто интересуется актуальными вопросами российской и мировой экономики, и ещё немного юмора. Александр Козинский перепробовал в своей жизни массу профессий. Много лет был простым рабочим, потом инженером-металлургом, экономистом-аналитиком (кандидат экономических наук, автор книг по фундаментальным вопросам экономики, работал в Администрации Челябинской области, был экономическим обозревателем ряда областных и федеральных СМИ). Серьёзно занимался социологическими опросами в составе челябинского социаологического центра "Рейтинг" под руководством профессора Беспечанского. Воглавлял областной избирательный штаб генерала Лебедя. В настоящее время находится на покое, имея досуг свободно писать о том, о чём раньше мог говорить лишь в кругу друзей.
 Категории
 Обо мне
 Доисторическая история славян
 Актуальная история
 Романы об Атлантиде
 Экономика
 Побасенки и стихи
 Популярные статьи
 Балтийские венеды – предки вятичей (продолжение)
 "Баварский Географ" с точки зрения славянина (начало)
 О происхождении названия Русь. Полянская Русь. Арсания и Остров русов.
 Загадки происхождения румын и молдаван (продолжение 1)
 Кто такие ваны? (начало)
 Приложение к статье "Топонимические следы руссов-славян в Рослагене"
 Хорутане-карантанцы, карны и карийцы. Часть 2 (окончание)
 Топонимические следы руссов-славян в Рослагене
 Был ли Петр I грузином?
 О происхождении саксов (начало)
 Новое на сайте
 Хайтворы – хранители земли Моравской
 Великая странная война
 Мои научные доклады по древнейшей истории славян
 Так как же все-таки пал Кенигсберг? (По следам мемуаров Отто фон Ляша).
 Новые мысли о подвиге Александра Невского
 Клавдий Птолемей. «Германия Магна». V часть.
 Клавдий Птолемей. «Германия Магна». IV часть.
 Клавдий Птолемей. «Германия Магна». III часть.
 Клавдий Птолемей. «Германия Магна». II часть.
 Клавдий Птолемей. «Германия Магна». I часть.
 Архив сайта
 Октябрь 2017
 Август 2017
 Май 2017
 Апрель 2017
 Март 2017
 Февраль 2017
 Январь 2017
 Декабрь 2016
 Ноябрь 2016
 Октябрь 2016
 Сентябрь 2016
 Июль 2016
хостинг сайта Александр Козинский  ©  2014-2018