MySQL ERROR [select]: SELECT month(from_unixtime(postdate)) as month, year(from_unixtime(postdate)) as year, COUNT(id) AS cnt, postdate FROM ng_news WHERE approve = '1' GROUP BY year(from_unixtime(postdate)), month(from_unixtime(postdate)) ORDER BY postdate DESC limit 12
(1055): Expression #4 of SELECT list is not in GROUP BY clause and contains nonaggregated column 'avcoru_kozinsky.ng_news.postdate' which is not functionally dependent on columns in GROUP BY clause; this is incompatible with sql_mode=only_full_group_by
Славянские корни европейской морской терминологии : Доисторическая история славян : Александр Козинский
Главная  

Славянские корни европейской морской терминологии

В этой статье я возвращаюсь к теме доисторической истории славян. У меня появились новые доказательства того, что именно славяне некогда были первыми моряками Европы. Об этом я уже писал в статьях «Море венедов», «Венеты Арморики», «Адриатические венеты и другие славяноязычные племена Италии», «Хорутане-карантанцы, карны и карийцы». Однако в таком важном вопросе никакие дополнительные доказательства не будут лишними.

Вкратце доисторическая морская история славяноязычных племен Европы (тогда они еще не называли себя славянами), по моим представлениям, выглядит следующим образом.

Первыми среди славяноязычных, а возможно и среди всех европейских народов морское дело по-настоящему освоили малоазиатские народы энетов (другие названия – венеты и анты), пафлагонцев (повлагонцев), каппадоков (капа-отокцев) и карийцев (карнов). Доказательства их славяноязычности приведены в статьях «Адриатические венеты и другие славяноязычные племена Италии» и «Хорутане-карантанцы, карны и карийцы».

По окончании Троянской войны [ru.wikipedia.org›Троянская война] примерно в XIII—XII вв. до н. э. славяноязычные Малой Азии начали колонизацию берегов Адриатического моря. Их миграция происходила морским путем. В северной части Адриатики обосновались венеты, на восточном берегу – карны. Среди карнов лучшими моряками стали ядертины-либурны или, говоря на славянском диалекте, ядранцы-хлябари (задарцы-морлаки).

С берегов Адриатики венеты по речным водным путям достигли берегов Балтики. Оттуда они распространились на запад и колонизировали Бретань (Арморику). Валлийцы до сих пор зовут Бретань Ллидав, поэтому я предложил называть арморийских венетов лидавами. К I в. до н.э. лидавы, как никакой другой народ Европы, овладели тайнами управления парусами. Однако их морская цивилизация была уничтожена гребным флотом Юлия Цезаря. Подробнее об этом можно прочесть в моей статье «Венеты Арморики».

Остатки лидавов покинули Арморику и вернулись на Балтийское море. Здесь они основали один из крупнейших торговых центров Европы город Винету (Волин, Юлин, Юмнета). Отсюда они начали колонизационную экспансию на восток. Их потомки вятичи стали этнической основой русского народа. Финны и эстонцы до сих пор называют русских «вене». Вятичи-вене оказали огромное влияние на язык и культуру финно-угорских народов от Финляндии до Удмуртии и Югры. В память о древнем союзе удмурты долгое время назывались вотяками, а за Уралом в результате смешения вятичей и манси появился народ хантов (антов).

Морская культура балтийских венетов (венедов) оказала решающее влияние на развитие морского дела во всей Северной Европе от Скандинавии до Англии включительно. Об этом я писал практически во всех перечисленных выше статьях.

Главным доказательством влияния славяноязычных народов на морскую культуру Европы является расшифровка морской терминологии.

Вот те морские термины, которые уже разбирались нами в предыдущих статьях.

Немецкий лингвист Макс Фасмер, который никогда не упускает случая отметить, что то или иное русское слово заимствовано из немецкого, признает, что немецкие loddie, loddige (грузовое судно) и скандинавские lodja, lodje имеют происхождение от русского «ладья».

Заметим тут же, что от слова «лодия» (ладья), несомненно, происходят такие важные в мореходном деле слова как «лоция» (наука навигации) и лоцман (капитан-наставник). В русский язык эти слова попали с Запада. Но в западные (германские) языки они так же, как и ряд других важных морских терминов, попали от славян-вендов.

По сути Макс Фасмер признал, что название средневекового парусника, которое имеет целый ряд вариантов - kogge, kосkе, kосkо, kog, kogge и так далее – может происходить от русского «коч». Кочи широко использовались русскими мореходами в северных морях.

Этимологию термина я связываю с глаголами «качаться» и «катить». Кочи имели сильно закругленное днище. Имеющее такое устройство судно при сжатии льдин не разрушается, а выдавливается на поверхность ледяного поля. Выдавленные на лед кочи можно было катить в случае нужды по сколькой поверхности до другого ближайшего разводья. Однако такие суда подвержены бортовой качке заметно больше других судов других конструкций.

Широко известен тип основного судна викингов – «снекья». Существует мнение, что термин snekkja означает, якобы, «длинное судно». Однако это не подтверждается. Понятие «длинный» во всех скандинавских языках не выражается похожими словами. На самом деле snekkja буквально означает «змея». Свое название судно викингов получило из-за украшения на носу в виде змеиной головы. Часто снекью называли также «драккар» (корабль-дракон).

Русские тоже называли норманнские корабли «шнеки». Но на Белом море так же называли обычные рыбацкие лодки. Вряд ли эти рыбачьи плоскодонки унаследовали имя грозных норманнских боевых кораблей. Произношение архангелогородского «шнека» имеет множество вариантов: шняка, шняга, шнява, снека, снега, сенега, сеняга. И это говорит в пользу большой древности его.

Но самое важное, что вариант «сеняга» фонетически очень близок к славянскому слову «сено».

Уверен, что изначально судно делалось из «сена» (срезанного и высушенного тростника), как и все древние суда на нашей планете. Тростник употреблялся и позднее для непотопляемости уже деревянных судов. Запорожские казаки привязывали к бортам своих чаек снопы тростника и не боялись с такой страховкой переплывать на веслах Черное море в любую погоду.

Думаю, что сеняги широко применялись вятичами-вендами, которые и дали ему название. Норманны обратили внимание на какие-то особенности их конструкции и переняли их вместе с названием судна.

Затем произошла адаптация этимологии названия судна к древнескандинавскому языку. Венедское «сеняга» фонетически походило на скандинавское snekkja (змея). Венды украшали носы своих лодий конскими головами (слово «конь» фонетически близко славянскому слову čun - чёлн). Грубо вырезанная конская голова мало чем отличается от змеиной или драконьей. Скандинавы, копируя своих учителей, но, не совсем понимая их язык, переделали конскую голову на свой лад в змеиную.

Термин «сеняга» был занесен венетами-вендами в Бретань-Арморику. В наше время бретонцы называют лодки своих рыбаков sinagot. Во времена Юлия Цезаря примерно так назывались знаменитые океанские большие парусники арморийских венетов.

Тот факт, что каркасы первых лодок делали из ивы, на наш взгляд, объясняет происхождение слова «верфь» - судостроительное предприятие. Изначально оно происходило от славянского слова «верба». В статье «Вольки-тектосаги – древний сюз славян и литвы» я писал, ссылаясь на Фасмера, что «верба» исключительно славянское слово. Так же, как и «ладья», слово «верфь» перешло в западные языки от вендов. Древние корабелы из вербы делали не только каркасы первых примитивных судов, но и такие важные в корабельном деле предметы, как веревки (вервие).

***

Славяноязычные племена севера Европы особенно были сильны в парусном деле. Так лидавы (венеты Арморики) достигли в этом чрезвычайно высокого для своего времени совершенства, на целую тысячу лет вперед определив вектор развития парусного торгового флота.

В связи с этим у меня возник вопрос о происхождении таких важных терминов, как «парус» и «мачта». Начнем с северной Европы. Англичане, голландцы, скандинавы – прославленные моряки. Их морская терминология в настоящее время является международной. Пользуются ею и моряки славянских стран, в первую очередь россияне. Поэтому всякий лингвист априори считает, что германская морская терминология возникла вполне самостоятельно. Мы тоже поначалу брали эту версию за рабочую гипотезу.

Что касается германоязычного термина sail (парус), то его этимология достаточно прозрачна. Лидавы делали паруса из шкур зверей, скорее всего, тюленей, которых в случае нужды всегда можно было добыть на морском побережье и даже в море в большом количестве. Думаю, что и норманны тоже пользовались этим материалом. Поэтому и понятие «парус» у них связано с понятием «тюлень» (seal).

А вот для общеупотребительного термина mast (мачта) такой же прозрачной этимологии нет. Между тем считается, что русское «мачта» и польское maszt происходят именно от mast.

При этом оказалось, что в славянских языках для слова «мачта» имеется собственная хорошая этимология. Есть слово «матица», передающее понятие «основа». В частности это может быть бревно, используемое в качестве опоры в домостроении. Но ведь мачта это как раз и есть опора для паруса. Фонетическое сближение слов «матица» и «мачта» происходит через русское слово «мачеха» и польское mac (мать). Причем у поляков звук на конце слова mac звучит как нечто среднее между «ц», «т» и «ч». Белорусы тоже произносят слово «мать» как «маці».

Теперь мы можем уверенно утверждать, что западноевропейское (германское) mast происходит от славянских mac и «маці». Очевидно, примерно так называли мачту венедские моряки.

В латыни наиболее распространенным синонимом понятия «мачта» было слово malo. Но эта же фонема передавала понятие «зло». Совершенно непонятно, почему мачта это зло. Поэтому я предположил, что для древних римлян, которые не очень прославились как моряки, термин malo был заимствованным из какого-то другого языка.

Как я писал в статье «Хорутане-карантанцы, карны и карийцы» в латыни есть по крайней мере один морской термин, имеющий безусловно славяноязычное происхождение. Это слово carina, которое означает одновременно "судно" и "киль". Кили деревянных кораблей в старые времена делали из цельного ствола дерева, выкопанного из земли с корнем. В словаре Даля такой ствол назывался "кОпань". Киль из такого ствола получался длиннее, а большие корни, отходящие от ствола под углом в 45-90 градусов, использовались для крепления носа. Фонема типа "корн" употребляется для передачи понятия "корни" исключительно в славянских языках.

Латинское vela (парус) тоже очень походит на славянское «веяло» - от глагола «веять», а также от славянского украинского «вий» (ветер). Думаю, что «веяло» в древности употреблялось как синоним слова «ветрило» (мачта). Эту гипотезу могу подкрепить тем, что субэтнос знаменитых славянских мореходов Адриатики, называемый «морлаки», имел вторым названием этноним «веяне» [смотри пост «Хорутане-карантанцы, карны и карийцы»]. «Веяне» в данном случае, скорее всего, означает «люди паруса», в не «люди ветра».

Первое, что мне пришло в голову относительно славянской этимологии слова malo, это слово или, скорее, реконструкция «махло». При морской качке наибольший размах колебаний имеет верх мачты. В старые времена моряки знали это очень хорошо, потому что на верхушке мачты в бочке всегда сидел наблюдатель.

Отчасти этимологию от реконструкции «махло» можно было бы подкрепить одним из старых вариантов произношения слова «мачта» - «машта». Но в целом я вынужден был признать легковесность гипотезы. Она более всего тянет на так называемую «народную этимологию», какие придумываются, когда в более позднюю эпоху забывается истинная первая этимология.

Тем не менее, полагаю, мне, в конце концов, удалось найти и настоящую этимологию слова malo в значении «мачта». Для этого я обратился к словарям южных славян – сербов, хорватов, словенцев, боснийцев и болгар. У всех этих народов понятие «мать» передается словом majka.

Так как мы знаем, что в славянских языках звук «йот» (j) легко переходит в звук «л» можно с уверенностью говорить о реконструкции «малка». Наша уверенность связана еще и с тем, что лексема «малка», так же как и лексема «малый» (ребенок), без сомнения, связана с понятием «молоко» (материнское). Таким образом, латинское слово malo, несомненно, происходит от полузабытого южнославянского «малка» (мать, матица). Отсюда нам можно протянуть связь между этимологиями славянского слова «мачта» и латинского malo.

Кстати, у латинов и южных славян, как видно, произошел обмен терминами понятия «мачта». В наше время у южных славян наиболее распространенным синонимом указанного понятия является слово jarbol. По моему мнению, это искаженное латинское arbor (дерево). Римляне это слово тоже употребляли в значении «мачта». Распространение термина jarbol говорит нам о прогрессировавшей в свое время романизацией Либурнии (Хлябурни) - основного морского региона адриатических славяноязычных племен.

Итак, по результатам анализа латинских морских терминов мы уже выявили три важнейших, имеющих, видимо, славяноязычное происхождение: carina (киль), vela (парус) и malo (мачта). Но мы не будем на этом останавливаться.

***

Обратим внимание на то, что в итальянском языке понятие «иллюминатор» передается словом obla или oblo. Толкования ему нет ни в самом итальянском языке, ни в каком либо другом из языков Западной Европы. Оно есть только у славян и в частности у русских. «Обло» означает у них «круг». От него также образовано слово «область» (округа). Как известно, иллюминаторы морских кораблей традиционно делаются круглыми.

Я не случайно сказал слово «традиция». Первыми отверстиями в бортах древних судов были, без сомнения, отверстия под весла. И они делались круглыми потому, что через именно такие круглые, оббитые кожей отверстия было удобнее всего грести веслами без уключин. Через такие круглые отверстия внутрь гребного судна при волнении попадало также меньше воды.

Впрочем, oblo могло быть сравнительно поздним заимствованием. С Х по XIX век Венеция в качестве «королевы Адриатики» владела всем славянским побережьем этого моря. С другой стороны основой ее военного флота были гребные галеры.

В латинском языке термин «иллюминатор» передавался словом porthole. От этого слова потом произошло словосочетание «пушечные порты». Лексемы типа port имеют в латыни целый ряд значений. Основными из них в морском деле являются «ворота» и «залив».

В значении «отверстие в борту для весел» это слово могло быть связано с существительным porta (проход, ворота). Однако в славянских языках тоже существуют подобные коренные для них лексемы, например, «порок» (изъян, отверстие) и глагол «пороть» (резать, прорезать). От глагола «пороть» вполне возможна реконструкция существительного «пОроть» (отверстие).

Отметим также, что славянское «ворота» и латинское porta фонетически очень близки. Однако славянский вариант связан с глаголом «ворочать». А этот глагол в свою очередь образует со словом «весла» устойчивое словосочетание «ворочать веслами».

Кстати, для латинского слова ramus (весло, ветвь) есть и славянская этимология в виде слова «рамо» (плечо). Оно есть во всех славянских языках, и даже Фасмер признает его коренной славянской лексемой. Понятие «плечо» связано с понятием «рычаг» (плечо силы). Рычаг же, по сути, это и есть весло.

Таким образом, хотя и с меньшей степенью уверенности, мы получаем еще три мореходных термина, которые могут иметь происхождение из славянских языков.

***

Весьма важным предметом морского обихода всегда был якорь. Во всех европейских языках кроме южнославянских понятие «якорь» передается лексемой типа ancore. Даже наше русское «якорь» является искажением этого изначально латинского слова.

У ближайших славянских соседей Италии словенцев и хорватов якорь называется оригинально и явно по-славянски – sidro. Значит ли это, что ancore не имеет отношения к славяноязычным? Уверен, что имеет и самое прямое.

Древний Рим исторически имел выход к морю через два порта. В более позднюю эпоху это была Остия [ru.wikipedia.org›Остия Антика], расположенная в устье Тибра. От нее было более удобно водным путем по реке доставлять массу продуктов, потребляемых столицей мировой империи. Но в более раннюю эпоху римляне пользовались услугами корабельщиков города Анцио [ru.wikipedia.org›Анцио].

Полагаю, что слово ancore происходит от названия этого города. Скорее всего, оно связано с какой-то особой конструкцией якоря, применяемого в древности моряками Анцио.

Анциум (Antium) до покорения его римлянами в 468 г. до н. э. считался городом вольсков, народа, по мнению историков, умбо-сабельского происхождения. Однако, думаю, что он лишь находился под протекторатом вольсков. Позднее Анциум жил довольно самостоятельно и под протекторатом Рима. Анциаты были прославленными пиратами. И часто властный римский сенат не мог обуздать их по справедливым жалобам соседей.

У меня есть гипотеза о том, что Анцио изначально был колонией адриатических венетов. Могу обосновать эту гипотезу названием города и выявленной здесь славяноязычной этимологией некоторых латинских морских терминов. Скорее всего, данные термины попали в латынь еще в период раннего Рима (до присоединения к владениям республики земель на Адриатике).

Анциум был древнее Рима. Кстати, Обратим внимание на то, что в латыни понятие «древний» передается словом antiqua (античный). Я полагаю, что славяноязычные племена появились в Италии раньше многих других, в том числе и раньше латинов. Именно поэтому в латинском языке понятие «было в древности» изначально означало «было во времена антов (венетов)».

В те первые годы контактов латинов и антов они были противниками. Отсюда в латыни могли появиться предлог ante и приставка anti, означающие «против». Для обеих частиц в латыни есть собственные древние синонимы, например, contra. И на этом пока все.

 (Голосов: 0)

 Добавление комментария:
Имя:
Пароль: (если зарегистрирован)
Email: (обязательно!)
captcha

теги форматирования

добавить смайлы
 
 Об авторе
Этот сайт предназначен для тех, кто увлекается загадками истории и в первую очередь истории славян, а также для тех, кто интересуется актуальными вопросами российской и мировой экономики, и ещё немного юмора. Александр Козинский перепробовал в своей жизни массу профессий. Много лет был простым рабочим, потом инженером-металлургом, экономистом-аналитиком (кандидат экономических наук, автор книг по фундаментальным вопросам экономики, работал в Администрации Челябинской области, был экономическим обозревателем ряда областных и федеральных СМИ). Серьёзно занимался социологическими опросами в составе челябинского социаологического центра "Рейтинг" под руководством профессора Беспечанского. Воглавлял областной избирательный штаб генерала Лебедя. В настоящее время находится на покое, имея досуг свободно писать о том, о чём раньше мог говорить лишь в кругу друзей.
 Категории
 Обо мне
 Доисторическая история славян
 Актуальная история
 Романы об Атлантиде
 Экономика
 Побасенки и стихи
 Популярные статьи
 Балтийские венеды – предки вятичей (продолжение)
 "Баварский Географ" с точки зрения славянина (начало)
 О происхождении названия Русь. Полянская Русь. Арсания и Остров русов.
 Загадки происхождения румын и молдаван (продолжение 1)
 Кто такие ваны? (начало)
 Приложение к статье "Топонимические следы руссов-славян в Рослагене"
 Хорутане-карантанцы, карны и карийцы. Часть 2 (окончание)
 Топонимические следы руссов-славян в Рослагене
 Был ли Петр I грузином?
 О происхождении саксов (начало)
 Новое на сайте
 Хайтворы – хранители земли Моравской
 Великая странная война
 Мои научные доклады по древнейшей истории славян
 Так как же все-таки пал Кенигсберг? (По следам мемуаров Отто фон Ляша).
 Новые мысли о подвиге Александра Невского
 Клавдий Птолемей. «Германия Магна». V часть.
 Клавдий Птолемей. «Германия Магна». IV часть.
 Клавдий Птолемей. «Германия Магна». III часть.
 Клавдий Птолемей. «Германия Магна». II часть.
 Клавдий Птолемей. «Германия Магна». I часть.
 Архив сайта
хостинг сайта Александр Козинский  ©  2014-2018