Главная  

Поход шведов к Полтаве: кто на самом деле победил при Добром

В предыдущей статье, посвященной битве при Головчине, мы выяснили, во что обошлась шведам излишняя отвага и гениальность их венценосного полководца Карла XII. Тем не менее, Русские после нанесения крупных потерь шведской лейб-гвардии и другим полкам каролинцев все-таки отступили. По формальным признакам той эпохи Головчинский бой выиграли шведы. Многие, в том числе западные историки называют этот бой последней победой короля Карла. Но большинство шведских историков уверены, что каролинцы победили и в следующей за Головчином крупной битве – в битве при Добром, которую шведы называли битвой при Малятиче (Slaget vid Malatitze). Они утверждают, что отряд русских войск не только отступил с поля битвы (это изначально предусматривалось планом русского командования), но потерял больше солдат, чем шведы, хотя последние и подверглись внезапному нападению. Посмотрим, так ли это.

Знаменитый Вольтер (тоже работал над биографией Петра I) писал, что при изучении истории необходимо опираться на достоверные источники и не доверять свидетелям, которые имели мотивы для искажения фактов. Но как быть, если для изучения истории Великой Северной войны у нас есть, в основном, только русские и шведские документы. Разница в цифрах, приведенных в походном журнале Петра Великого и в дневнике Адлерфельда, камергера Карла XII, огромна. Как установить, кто из них врет? Шведские, а за ними и прочие историки Запада предпочли опираться на шведские источники. Как быть российскому историку-любителю, который хочет узнать истину?
Приступая к данной теме, я много дней посвятил поиску способа проверки достоверности источников. И кое-что у меня вышло. По теме шведских потерь я уже написал две статьи на своем блоге. Шведы явно преуменьшали свои потери и в Полтавской битве, и в войне в целом. Особенно четко мне удалось доказать это по результатам битвы при Головчине. Но начинал я свое историческое расследование сражением при Добром. И мне хочется, чтобы выводы, сделанные мной об этом военном столкновении, тоже не пропали даром.

Итак, во втором из сражений Русского похода Карла XII (при Добром) как всегда обнаруживается большая разница во взаимных оценках потерь. Шведы победу в сражении приписывают себе и считают, что, потеряв 261 убитыми и 750 ранеными, нанесли русским потери 700 убитыми и 2000 ранеными, причем такие большие свои потери якобы признала сама же русская сторона [https://sv.wikipedia.org/wiki/Slaget_vid_Malatitze]. Однако Петр I в письме к своему ближнему боярину, другу и заместителю на время отсутствия Фёдору Ромодановскому обозначил русские потери в 375 убитыми и 1191 ранеными. Мне подумалось, что вряд ли он стал бы врать такому человеку. Шведские же потери царь определил в 2 тыс. убитыми и столько же ранеными, писал, что на месте боя легло три шведских полка. И, несмотря на то, что отряд русских войск отступил, царь считал, что победу одержала его армия.
Цифры шведских потерь при Добром, которые выдал Петр, показались завышенными большинству наших историков за исключением разве что Тарле. В «Военной энциклопедии Сытина» (1911-1915 годов), на которую, кстати, ссылаются и наши и шведские историки, сказано, что шведы потеряли лишь 1020 чел. То есть редактор энциклопедии полковник Генерального штаба Новицкий В.Ф. полностью доверился шведам в отношении их потерь. И еще, указав, что победа все-таки была на стороне русских, Новицкий добавил, что она не имела никакого стратегического значения. Шведские историки любят ссылаться на этот текст, считая его вполне объективным. Описание весьма подробно. Поэтому приведу текст Новицкого-Сытина для ознакомления читателей полностью:

«ДОБРОЕ, село Мстиславского уезда, Смоленской губернии. Сражение 30 авг. 1708 года.
Летом 1708 г. Карл XII двинулся, по переправе через Днепр у Могилева, в Украйну, но, дойдя до Черикова, неожиданно повернул на север к Мстиславлю и 28 августа остановился на ночлег на правом берегу реки Черной Напы [Натопы].
Главные силы русской армии были сосредоточены против села Доброе на левом берегу реки Белая Напа. К Горкам была двинута одна пехотная дивизия в качестве заслона против Левенгаупта, который должен был двинуться из Риги на присоединение к Карлу XII. Вследствие необходимости жить почти исключительно на местные средства, а отчасти и в виду невыгодных свойств местности (небольшие поляны, разделенные болотами), Карлу XII пришлось отказаться от сосредоточенного расположения, которого требовала близость противника (6—7 верст); правая колонна шведской армии (4 пехотных и 1 кавалерийский полк, всего 5 тысяч), под началом генерала Росса [Рооса], расположилась в 3-х верстах от главного шведского лагеря у деревни Молятичи, причём перед её фронтом находилась плотина через Черную Напу. Имея точные сведения о расположении шведской армии и зная об отделении Росса, Петр 29 августа решил воспользоваться неосторожностью неприятеля и нанести ему частное поражение. Для нападения назначены два отряда: генерал-майора князя Голицына (8 батальонов) и генерал-лейтенанта Флуга (30 эскадронов); первый должен был атаковать Росса с фронта, а второй — обойти его с левого фланга. Предполагалось подойти к месту расположения шведов в ночь на 30 августа, а на рассвете 30-го атаковать.
Росс расположился на лесной поляне. В особенно невыгодных условиях находилась конница, которая была лишена возможности двинуться с места. Карл XII намеревался передвинуть его 30 августа в другое место, но нападение русских войск предупредило намерение короля. В ночь на 30 августа князь Голицын подошел незаметно, по указанию проводника, перейдя с большими затруднениями две речки, небольшой приток и ряд болот, под прикрытием темноты, тумана, а также сторожевых частей, преграждавших шведским разведчикам путь через находившуюся непосредственно перед их фронтом плотину. Выждав затем рассвета, Голицын оставил 3 батальона у мостов через Черную Напу для прикрытия отступления, с остальными 5 батальонами внезапно обрушился на сторожевой полк колонны Росса, который в виду приближения утра, собирался уже разойтись по палаткам. Полк понес большие потери, но вскоре к нему на выручку прибыли другие части, что дало шведам возможность оказать упорное сопротивление. Только после горячего боя, продолжавшегося от 1½ до 2 ч. русским удалось вынудить противника к отступлению, причём, прибывший к месту боя "шквадрон его светлости князя Меньшикова", атаковав неприятеля во фланг, довершил поражение шведов. Получив известие о приближении к полю сражения подкреплений, высланных Карлом XII из главных сил, Голицын отказался от преследования и отступил обратно за Черную Напу. Конница Флуга, задержанная болотами, запоздала и в бою не участвовала. Наши потери; убитыми и ранеными 1566 человек. Потери шведов: 6 знамен и 1020 человек убитыми и ранеными. Этот бой не отразился на общем положении дел на театре войны; однако, являясь первой попыткой русских войск к переходу в наступление против войск, предводимых самим Карлом XII, попыткой, закончившейся успехом и изгладившей неблагоприятное впечатление неудачи под Головчином, он имел для молодой русской армии большое моральное значение. Использованная литература: Труды Имп. Рус. в.-истор. общества. Томы I и II, Спб." 1909; Журнал или поденная записка, блаженная и вечно достойная памяти Гос. Имп. Петра Вел. с 1698 г. даже до заключения Нейштадтского мира" Спб., 1770; Книга Марсова или воин. дел от войск царск. велич-ва российских во взятии преславных фортеций и на разн. местах храбры в баталий, учиненных над войсками его корол. вел-ва свейского, Спб., 1766; Бутурлин, Воен. история походовь Россиян в XVIII ст., Спб., 1820—21 гг.; Богданович, Замечат. походы Петра В. и Суворова, Спб., 1846; Карцов, В.-истор. обзор Сев. войны, Спб., 1851; Гудима-Левкович, Истор. развитие вооруж. сил в России до 1708 г., Спб., 1876; Масловский, Записки по истории воен. искусства в России, Спб., 1891; Аксель Гиленкрок, Соврем. сказание о походе Карла XII в Россию, "Воен. Журн.", 1844 г., № 6; Adlerfeld, Histoire militaire de Charles XII, roi de Suède, depuis l’an 1700, juisqu’à la bataille de Poltawa en 1709, Amsterdam, 1740)».

От описаний указанной статьи данные шведской «Википедии» отличаются оценкой результата – победа шведов, а также цифрами. По мнению шведов в битве с их стороны сражалось только 4 тыс. бойцов против 13 тыс. русских. Практически совпадает цифра шведских потерь: 300 убитых и 750 раненых шведов. Но русских в своих реляциях шведы не пожалели – 700 убитых и 2000 раненых.
К данной статье прилагался план сражения, который помещался даже и в шведской «Википедии». Очевидно, он вполне устраивал шведских историков [https://sv.wikipedia.org/wiki/Slaget_vid_Malatitze].

url="/uploads/images/default/dobr1a.jpg"]

[/url]

Неточность плана Новицкого было первым, что мне бросилось в глаза. Привожу рядом с ним реальную карту местности, причем это карта XIX века, которая, впрочем, вполне идентична современной топографической карте. Мне непонятно было, почему полковник русского Генштаба не справился с имевшейся в его распоряжении картой при публикации статьи в Военной энциклопедии. Небрежность в одном могла дополняться небрежностью и во всем остальном.

Если исходить из цифр, признанных правильными Новицким, то указанная битва действительно не имела бы никакого позитивного результата для русской стороны и вообще могла бы считаться ее поражением. Но рассмотрим ход битвы, как он представляется нам.
После пирровой победы при Головчине (смотрите мою статью о той битве) шведские войска переправились через Днепр и подошли к тогдашним границам России. Их там ждали. Оба войска оказались на расстоянии примерно 5 км друг от друга (по современной карте). Карл со своими основными силами стоял в деревне Молятичи на южном берегу речки Черная Наппа (Натопа), имевшей очень заболоченную пойму. Петр со своими основными силами стоял на северном берегу более широкой реки Белая Наппа, возле деревни Доброе, которая находилась на южном берегу и, видимо, была занята русским передовым охранением. В 3-4 км от Молятичей у современной деревеньки Мышковичи, которой, возможно, в то время еще не было, находился отдельный корпус шведского генерала Рооса в составе четырех пехотных полков (Ёнчепингский, Скарборгский, Нерке-Вермландский и Вестерботтенский), а также одного кавалерийского Эстерготаландского полка. Корпус Рооса отстоял от села Доброе по современным картам примерно на 2 км, что заметно расходится с планом из энциклопедии Сытина, где Доброе находится ближе к Молятичам, чем к Роосу.
Корпус Рооса охранял плотину-мост через Черную Наппу. (Второй мост находился в Молятичах). Очевидно, Карл еще не решил через какой мост выгоднее напасть на Петра. Возможно, он намеревался использовать сразу оба.
Понятно, что Роос тоже имел перед плотиной в сторону русских отряд охранения. За день до битвы русские произвели в сторону плотины разведку боем. Атака русской кавалерии была легко отбита и ничуть не насторожила Рооса. Переход топкой Черной Наппы вброд справа или слева от плотины казался ему невозможным.
Но русские нашли проводника, который указал им доступный для пехоты брод через Черную Наппу, а Белую Наппу, вопреки мнению Новицкого, им переходить вброд нужды никакой не было, особенно ночью и в тумане. Утром в тумане отряд из восьми русских пехотных батальонов, взятых из Преображенского, Семёновского, Ингерманландского, Астраханского, Киевского, Нарвского, Шлюссельбургского и Гренадерского полков под командой князя М.М. Голицина подошел к Черной Наппе. Пять из восьми батальонов пошли через реку вброд и внезапно напали на шведские полки.
Три прочих батальона должны были каким-то образом прикрывать предстоящее отступление. Шведы утверждают, что отряд Голицина отступал тем же путем, что и пришел. Но это представляется маловероятным. В этом случае он вряд ли смог бы перевести через реку (по грудь в воде) более тысячи раненых и три захваченные пушки. Считаю, что три батальона были им посланы для уничтожения шведского предмостного укрепления и захвата плотины. И это было сделано. Чуть позже, очевидно, через плотину на помощь Голицину ударил личный шквадрон Меньшикова (около 300 драгун), закрепив за русскими эту переправу.

url="/uploads/images/default/dobr2.jpg"]

[/url]

Четыре шведских пехотных полка вместе могли иметь до 4,8 тыс. бойцов. Плюс к ним еще и Эстерготаландский конный полк. А в пяти батальонах Голицина вряд ли было более 3 тыс. бойцов. Тем не менее, русский отряд продолжал бой 1,5-2 часа. Думается, что Голицин мог получить подкрепления с другого берега, во-первых, от своих трех батальонов, во-вторых, от шквадрона Меньшикова. Скорее всего, Голицин продолжал бой в ожидании того, что в тыл шведам ударят 30 русских эскадронов генерала Флюга (более 3 тыс. чел.), который по плану должен был перейти Черную Наппу вброд западнее плотины. Только Флюг не смог форсировать реки, как считают, из-за непроходимости приречных болот. Я думаю, ему также помешал это сделать Нерке-Вермландский полк, заняв позиции вдоль реки (из-за этого, полагаю, данный полк в меньшей степени принял участие в сражении с отрядом Голицина).
Все же присутствие Флюга в том месте имело положительный результат. Карл долго не решался послать кавалерию на помощь Роосу, опасаясь, что Флюг, а за ним и сам Петр ударят на Молятичи. Об этом сообщают в своей «Википедии» сами же шведы. В конце концов, король все-таки послал сикурс своему терпящему поражение генералу. Шведы пишут, что это были Хельсингландский кавалерийский полк, Нюландский и Тевастгусский (финский) кавалерийский полк, а также Дейларнский (Далекарлийский, Дальский) пехотный полк (очевидно, он успел лишь к концу сражения). Не так уж много, хотя с подкреплением пришел сам Карл и несколько его генералов. Вряд ли шведская кавалерия разгромила отряд Голицина, который отступил к Доброму в порядке в строе каре.

Теперь уточним некоторые детали, которые могут в дальнейшем оказаться важными. Перейдя Черную Наппу, Голицин, прежде всего, ударил на части Ёнчепингского полка, которые только что сменились с боевого охранения и собирались разойтись по палаткам. Пишут, что на помощь Ёнчепингскому полку первым бросился Скараборгский пехотный полк. Видимо, эти полки и должны были понести в бою наибольшие потери?
Однако историк Артамонов писал, что первым на помощь Ёнчепингскому полку пришел Вестготский полк. Отчего он так написал? Полка с таким названием в составе корпуса Рооса не было. Полка с таким официальным названием вообще не было в составе армии Карла XII, идущего в Русский поход. Но, возможно, у полков были какие-то неофициальные названия, например, по месту дислокации. Возможно, в полках помнили какие-то старые их названия?
В Журнале Петра Великого Вестгоцским полком назван (несомненно, ошибочно) Вестерботтенский полк. Истинное название полка мне удалось установить по имени его командира полковника Фока. Полк Фока шведы никак не могли называть Вестготским. Провинция Вестготаланд находится на западном побережье Сконского полуострова (столица ее ныне город Гётеборг), а Вестерботтен располагается на западном берегу Ботнического залива (Bottniska viken) – совсем в другой стороне. Коренные обитатели Швеции ни в коем случае не спутали бы. А вот наши писари на слух вполне могли перепутать слова Vestergoten и Vesterboten.
В статье «Поход к Полтаве: сколько шведских солдат сложили головы в России?» мне пришлось расшифровать весьма причудливые названия шведских полков, которые им присвоили русские писаря, записывая в свои списки плененных под Переволчной шведских солдат и офицеров. Так, например, Крунубергский полк был перекрещен в Юнксиинсков. О действительном официальном названии этого полка я догадался по имени его командира майора Кронмана. Название «Юнксиинсков», думается, возникло оттого, что Крунубергский полк некогда составлял единое целое Ёнчепингским полком (Jönköpings regemente), и память об этом среди ветеранов-крунубержцев как-то сохранялась. Сам Ёнчепингский полк в Журнале Петра именуется Еншешским.
А Скараборгский полк поименован в Журнале Вестшкотским. Причиной этому было, очевидно, то, что штаб-квартира полка располагалась в городе Шевде (Skövde). Старинным вариантом названия этого города было Skofte (Шкофте).
По поводу префикса «вест» в названии полка имею следующую гипотезу. В XV веке Шевде был относительно большим процветающим городом, но в XVI веке пришел в упадок. В конце XVII века в нем разместили гарнизон, в том числе и, видимо, для поправки его благосостояния. Но в начале XVIII века город был все еще очень мал и, вероятно, делился на два или четыре поселка, расположенных в некотором отдалении друг от друга на его прежней обширной территории. Полк мог размещаться в поселке, носившем название Vest Skofte. Отсюда и могло пойти это «Вестшкотский».
Теперь почему Скараборгский полк могли назвать «Вестготским», как об этом пишет Артамонов. Округ (лен) Скараборг входил в состав исторической области Вестготаланд. Какого-то другого полка, носившего имя этой области, во всей шведской армии не было, поэтому «Вестготский» вполне официально могло считаться у шведов вторым названием Скараборгского полка. Но путаница, связанная с названиями полков, в частности опять со Скараборским полком, нам еще встретится. И нам будет важно в ней разобраться.

Пришла пора обсудить, какие потери понесли шведы в сражении при Добром. В статье «Поход к Полтаве: сколько шведских солдат сложили головы в России?» я изложил суть метода, которым мы можем с достаточной точностью определить величину шведских потерь в сражениях при Головчине и Добром.
Метод базируется на наличии данных по распределению остатков корпуса Левенгаупта в октябре 1708 года, а также на данных по численности пехотных полков Главной армии Карла в марте 1709 года. Они из работы советского историка Алексея Васильева [file:///C:/Users/Home/Desktop/полтава/Vasilyev_00.pdf]. Смотрите соответствующую иллюстрацию.

url="/uploads/images/default/polt2.jpg"]

[/url]

Мной было замечено, что пополнения за счет бывшего корпуса Левенгаупта получили полки, понесшие наибольшие потери в двух наиболее крупных сражениях начала похода. Таковыми были в сражении при Головчине полк пешей лейб-гвардии Карла XII и Дальский (Далекарлийский, Деларнский) полк. В сражении при Добром таковыми оказались Ёнчепингский и Вестерботтенский. Указан среди получивших пополнение и Нерке-Вермландский полк, участвовавший в сражении. Но он, как я установил, больших потерь не понес. Почему-то не указан в числе получивших пополнение был Скараборгский полк. Вместо него крупные пополнения почему-то получил Вестманландский полк.
Конечно, Вестманландский полк участвовал в битве при Головчине. Но так как он стоял в хвосте атакующей колонны и не брёл под огнем русских пушек «по горло в болотной жиже», вряд ли он нуждался в таком мощном пополнении.
Есть вероятие, что сверхнормативные пополнения для своих полков выпросил у Карла его любимец Аксель Спарре (он был шефом Вестманландского и Нерке-Вермландского полков). Но король Карл был строгим и толковым полководцем и вряд ли позволял себе или кому-нибудь еще шутить с такими вещами. Не для того он устанавливал штаты полков, чтобы всякий по своему произволу их нарушал. Думаю, что Нерке-Вермландский полк получил разрешение на лишние два батальона только потому, что планировалось его разделение на два полка. Кстати, в Полтавской битве этот полк сражался двумя раздельными группами. Одна половина полка была в колонне Акселя Спарре, а другая половина полка в колонне генерала Рооса, который по совместительству был командиром этого полка.
Вот почему я после долгих раздумий решил, что пополнения в 560 человек за счет Бьернбогского полка и Абосского батальона корпуса Левегаупта получил не Вестманландский, а именно Скараборгский полк. Он не мог не получить их, так как остро в них нуждался. Но как произошла путаница в записях?
Мы не зря разбирали путаницу в названиях полков, сделанную русскими писарями при записи пленных взятых под Переволочной. Мы теперь знаем, что она была очень даже возможна. Но причина такой путаницы не только в одной лишь небрежности русских писарей. Они не могли бы, например, назвать Крунеборгский полк Юнкисииновским, если не получили бы соответствующей путаной информации от самих шведов. Наиболее вероятной в случае с перепутыванием Скараборгского и Вестманландского полков я считаю следующую версию. В шведском оригинале этого трофейного документа вместо главного официального названия Скараборгского полка стояло второе почти официальное название «Вестрагёталандский». Российские переводчики, читая это, подумали, что это ошибка, так как официально полка с этим названием в шведской армии не было. Видя, что получил пополнения в первую очередь любимые полки Карла, они решили, что во вторую очередь получали пополнения любимые полки любимца короля Акселя Спарре. Вот и записали «Вестманландский». Впрочем, возможны и другие версии. Самая простая это неразборчивость шведской записи. Кстати, у шведских историков подобного документа в распоряжении, видимо, нет. То, что не погибло, при уничтожении бумаг армейского шведского архива при Переволочной, досталось русским.

Теперь о сути моей методики подсчета потерь. Она уже была изложена в предыдущих статьях, посвященных 310-ой годовщине Полтавской битвы. Но нелишне будет повторить.
Итак, у нас имеются данные по распределению остатков корпуса Левенгаупта и данные о численности полков в марте 1708 года. Есть также данные о численности этих полков на начало Русского похода (они были близки к штатным). Прибавляем к штатной численности полка цифру пополнения и вычитаем примерное количество умерших от болезней (примерно четверть от полученной суммы). Затем сравниваем результат этих вычислений с численностью полка в марте и получаем примерную величину потерь.
Впрочем, для некоторых полков следует сделать поправку на величину потерь, понесенных в зимних боях. Это, главным образом, штурм Веприка. Из перечисленных выше полков, сражавшихся у Головчина и при Добром в штурме Веприка участвовали Ёнчепингский и Скараборгский полки. А всего полков было брошено на штурм десять. Потери убитыми и инвалидами в штурме Веприка составляли порядка 1500. То есть безвозвратно каждый полк должен был потерять в среднем примерно по 150 человек.
Начнем оценивать потери с Нерке-Вермландского полка. По штату в пехотном полку должно было быть 1280 строевых солдат и офицеров. Полк в октябре получил пополнений 662 человека. От суммы 1942 четверть отнимаем на умерших от болезней. Останется примерно 1460. Но в марте в полку оказалось даже больше ожидаемого - 1481 строевых бойцов. Вот почему я считаю, что при Добром полк потерял очень мало. А убыль уже тогда могла быть восполнена до штата за счет нестроевых. Об этом я тоже писал в статье «Поход к Полтаве: сколько шведских солдат сложили головы в России». Всего за время Русского похода в строй было мобилизовано около 6 тыс. военных обозников и офицерских слуг. Однако поначалу офицерских слуг, думаю, все-таки не трогали. Полки, батальоны, роты убывали в численности каждого из подразделений, но число подразделений долго оставалась тем же, что и было в начале похода. Значит, и офицеров в них должно было оставаться по штату. Выбывающих штатных офицеров заменяли сверхштатные. Большинство из них ждали своей очереди в должностях канцеляристов, которых в начале похода в армии Карла числилось целых 1100. А раз численность офицеров в частях сохраняется, то и их слуг тоже должно быть соответственно. По моей приблизительной оценке после двух первых крупных сражений наиболее пострадавшие полки получили в строй примерно по 50 бывших обозников, не больше. Но, как можно видеть, и Нерке-Вермландский полк тоже получил какое-то пополнение за этот счет. Почему же этот полк получил пополнения, хотя в них не нуждался?
Я уже говорил, что Аксель Спарре, любимец Карла, был шефом данного полка. А некогда Нерке даже принадлежало семейству Спарре. Возможно, Аксель надеялся когда-нибудь снова получить власть над этим леном. Очевидно, Спарре хотел сформировать отдельный чисто национальный шведский полк из уроженцев Нерке, а пополнение из корпуса Левенгаупта (это были финны) свести в другой, новый полк с уроженцами Вермланда (среди них тоже было много финнов, переселенцев из Финляндии).
Но перейдем к Вестерботтенскому полку. Этот полк ни в битве при Головчине, ни в штурме Веприка не участвовал. Это облегчает наши подсчеты. Как и в других полках перед Русским походом в нем было 1280 бойцов. Полк получил пополнений 462 человека за счет корпуса Левенгаупта и, возможно, до этого еще 50 за счет обозников. Если четверть состава умерли от болезней, в полку должно было быть порядка 1344. Но в марте в полку реально осталось лишь 874 строевых. Следовательно, при Добром безвозвратно выбыли убитыми и инвалидами порядка 470 человек. Если он не получал пополнений за счет обоза, то выбыло где-то 420.
Ёнчепингский полк. Получил пополнений 366 человек за счет корпуса Левенгупта. Плюс к ним могло добавиться до 50 бывших обозников. После выбытия умерших от болезней должен был иметь 1272 строевых бойца, но имел в марте только 766. Около 150 бойцов выбыло после Доброго при штурме Веприка. Следовательно, при Добром безвозвратно выбыло 356. Меньше, чем у Вестерботтенского полка? Как такое могло быть? Обсудим чуть ниже.
Скараборгский полк. Получил пополнений 560 человек за счет корпуса Левенгаупта и еще 50 за счет обозников. После выбытия умерших от болезней и выбытия погибших при штурме Веприка должен был иметь 1268 строевых бойцов, но имел в марте только 731. Следовательно, при Добром безвозвратно выбыло 537, то есть больше, чем из других полков, как мы и предполагали.
Однако почему Вестерботтенский полк мог потерять больше, чем Ёнчепингский, подвергшийся внезапному нападению русских в тот момент, когда его солдаты собирались разойтись по палаткам, чтобы лечь спать? Наверно, дело в том, что солдаты Вестерботтенского полка подверглись еще более внезапному нападению, так как находились в своих палатках и на своих постелях. Выскакивали не совсем проснувшиеся, полуодетые, кое-кто и без оружия.
Всего Скараборгский, Ёнчепингский и Вестерботтенский полки безвозвратно потеряли порядка 1300-1400 человек. Как-то более точно вычислить невозможно. Еще столько же или больше было потеряно ранеными, позднее вернувшимися в строй. Всего потери этих полков составили около 3 тыс. Это и есть те три полка, которые «легли» - по словам Петра из его письма Ромодановскому. Следовательно, Петр почти не преувеличивал. Лгали шведы.

Заключение.
Историки, апологеты царя Петра, приписывают успех начального отражения шведского нашествия так называемой Жолкивской стратегии. Выработана она была в местечке Жолква (близ Львова) еще в 1707 году. Указанная стратегия предусматривала так называемое «оголожение» полосы предстоящего наступления армии Карла в Польше, Литве (то есть Беларуси) и в собственно России. Генерального сражения вдали от русских границ предписывалось избегать (очень помнили о Нарвском поражении). Зато предполагалось изматывать шведов мелкими нападениями.
В общем, подобную стратегию применяли римляне после своих поражений от Ганнибала. Проводил ее полководец Фабий Кунктатор (Медлитель). Все историки мира считали стратегию Кунктатора вполне разумной и оправданной теми обстоятельствами, в которых оказались обычно победоносные легионы Рима. И никто не обвиняет римлян в трусости.
Но в отношении русских и их государя оценки меняются. Жолкивская стратегия большей частью историков Запада оценивается как трусливая и жестокая. Западные историки, особенно шведские, стараются представить стратегию по созданию голодной зоны на пути наступления шведской армии чуть ли не в том виде, в каком предстает гитлеровская стратегия выжженной земли в пору отступления немецких армий с территории СССР. Якобы русские войска не только уничтожали запасы и жгли населенные пункты, чтоб шведы не имели провианта и крыши над головой, но и истребляли население деревень и даже городов.
Между тем, распоряжения Петра по созданию зоны «оголожения» были вполне разумны и гуманны, причем не только в отношении русских подданных, но и жителей территорий, в то время принадлежавших Польше. Вот указ Петра от 4 января 1707 года: «Указ дать, дабы в начале весны хлеб ни у кого явно не стоял ни в житницах, ни в гумнах тако ж и сена, но в лесах, или в ямах, или инак как (а лучше в ямах) спрятан был, тако ж для скота и своего людям собрания в лесах же и болотах заранее не в ближних местах от больших дорог каждый место себе уготовить …. Сие надлежит заранее людям объявить, понеже сие людям не без сомнения и страха будет, однако ж когда заранее уведают, то в несколько недель обмыслятся и ни во что страх тот будет…». [Сергей Соловьев «Истории России с древнейших времен», книга VIII, т. 15, глава 4]. Даже эвакуация прибалтийских жителей (в то время шведских подданных) и то проводилась гуманно и с уважением к их собственности. Вот распоряжение Петра генералу Боуру по поводу эвакуации горожан Дерпта (Тарту): «По получении сего указу, тотчас вышли дерптских жителей на Вологду, а пожитки их, кроме денег, чем могут кормиться, с роспискую возьми и поставь под ратушу». Эксцессы, конечно, случались, но виновны в них были нерегулярные войска, прежде всего, украинские казаки, подчинявшиеся гетману Мазепе, в то время уже тайно изменявшему своему венценосному другу и благодетелю.
А еще Мазепа писал стародубскому полковнику Скоропадскому, будущему гетману, так: «Бессильная и невоинственная московская рать, бегающая от непобедимых войск шведских, спасается только истреблением селений и захватыванием наших городов». В сущности, эта версия до сих пор господствует не только среди западных историков, но и в умах наших историков тоже. Во всяком случае, поворот Карла с дороги на Смоленск и Москву в сторону Украины у нас приписывают, главным образом, стратегии «оголожения».
Я же теперь, после выяснения истинных размеров шведских потерь при Головчине и Добром, готов утверждать, что подлинной причиной поворота Карла на Украину является осознание им того, что его победы в этих сражениях были «пирровыми», что, продолжая движение на Москву, он может после нескольких подобных сражений остаться без армии. С «оголожением» шведы, если судить по книге Энглунда, справляться научились. Солдаты довольно легко отыскивали ямы со спрятанным зерном. Шведские и валашские собаки помогали найти в лесах и спрятанный скот. К тому же, если так уж нужны были припасы, можно было пойти навстречу корпусу Левенгаупта, сопровождавшему огромный обоз. Не надо думать, что Карл был настолько спесив и глуп, чтобы в любом случае отказаться от попятного движения, если его диктует обстановка. По Польше-то он выписывал самые замысловатые крендель-маршруты. А движение навстречу Прибалтийскому корпусу даже не было попятным.
Но Карл понял, что его армии (самой большой из тех, что он водил до этого) все-таки не хватит для покорения России. И тогда ему срочно понадобились «50 тысяч казацких сабель», обещанных Мазепой, а также возможное вступление в войну турок и крымских татар. И он полетел на юг, даже не дожидаясь Левенгаупта.
Кстати, насчет Прибалтийского корпуса. Думается, Карл не ожидал, что Левенгаупт так рано перейдет на восточную сторону Днепра. Было бы выгоднее прикрывать движение огромного шведского обоза широкой рекой подольше. Если бы Левенгаупт дошел западным берегом до Лоева или Любеча соединение с Главной армией Карла произошло бы уже во владениях Мазепы и при его содействии. Так что король и его генералы были правы: в поражении при Лесной более всего виноват именно Левенгаупт. Они, в частности говорили, что корпус с обозом мог бы также идти много быстрее, если бы не задерживались для грабежа и взимания различных контрибуций.
После поражений при Головчине и Добром главным оружием Карла стала дезинформация. Ему нужно было убедить Петра в том, что шведская армия потери понесла небольшие и по-прежнему сильна. И Петр верил. В этом его убеждали перехваченные победные реляции Карла, которые он слал в Стокгольм. Думаю, некоторые из таких реляций шведский король сочинял как раз в надежде, что они обязательно попадут в руки врага. Дезинформация распространялась и среди шведских солдат, а они время от времени попадали в плен и становились «языками». Очень помогло делу королевской дезинформации пленение генерал-адъютанта Канифера (уж не специально ли его сдали в плен?). Распространяемые штабом Карла ложные сведения помогали армии Карла более или менее свободно двигаться на Украину. Они обманули и хитрого Мазепу. Думаю, знай он о действительном положении дел, он бы и вовсе не изменил бы тогда. Известно ведь, что после побега к шведам он почти сразу пожалел о своей поспешности. Петр тоже, наверно, со временем понял все эти шведские хитрости. Но публично признать, что его водили за нос, ему было невместно. Как же, ведь он был царь!

 (Голосов: 0)

 Добавление комментария:
Имя:
Пароль: (если зарегистрирован)
Email: (обязательно!)
captcha

теги форматирования

добавить смайлы
 
 Об авторе
Этот сайт предназначен для тех, кто увлекается загадками истории и в первую очередь истории славян, а также для тех, кто интересуется актуальными вопросами российской и мировой экономики, и ещё немного юмора. Александр Козинский перепробовал в своей жизни массу профессий. Много лет был простым рабочим, потом инженером-металлургом, экономистом-аналитиком (кандидат экономических наук, автор книг по фундаментальным вопросам экономики, работал в Администрации Челябинской области, был экономическим обозревателем ряда областных и федеральных СМИ). Серьёзно занимался социологическими опросами в составе челябинского социаологического центра "Рейтинг" под руководством профессора Беспечанского. Воглавлял областной избирательный штаб генерала Лебедя. В настоящее время находится на покое, имея досуг свободно писать о том, о чём раньше мог говорить лишь в кругу друзей.
 Категории
 Обо мне
 Доисторическая история славян
 Актуальная история
 Романы об Атлантиде
 Экономика
 Побасенки и стихи
 Популярные статьи
 Балтийские венеды – предки вятичей (продолжение)
 "Баварский Географ" с точки зрения славянина (начало)
 О происхождении названия Русь. Полянская Русь. Арсания и Остров русов.
 Кто такие ваны? (начало)
 Загадки происхождения румын и молдаван (продолжение 1)
 Приложение к статье "Топонимические следы руссов-славян в Рослагене"
 Хорутане-карантанцы, карны и карийцы. Часть 2 (окончание)
 Топонимические следы руссов-славян в Рослагене
 О происхождении саксов (начало)
 Был ли Петр I грузином?
 Новое на сайте
 Поэма Кристины Пизанской «Песнь о Жанне»
 Происхождение и быт первых людей
 Поход шведов к Полтаве: кто на самом деле победил при Добром
 Поход шведов к Полтаве: битва при Головчине
 Поход к Полтаве: сколько шведских солдат сложили головы в России?
 НОРИК. 14-я глава II-й книги «Руководства по географии» Клавдия Птолемея (2 часть)
 НОРИК. 14-я глава II-й книги «Руководства по географии» Клавдия Птолемея (1 часть)
 Бой Ковпака с 13 охранным полком СС (2-я часть)
 Бой Ковпака с 13 охранным полком СС (1 часть)
 ВИНДЕЛИКА. 13-я глава II-й книги «Руководства по географии» Клавдия Птолемея
 Архив сайта
 Октябрь 2019
 Август 2019
 Май 2019
 Апрель 2019
 Март 2019
 Февраль 2019
 Январь 2019
 Декабрь 2018
 Ноябрь 2018
 Октябрь 2018
 Сентябрь 2018
 Август 2018
хостинг сайта Александр Козинский  ©  2014-2018